Трепашкин и партнёры

 +7 (905) 784-60-00 / Vitaly@trepashkin.pro

Понедельник, Октябрь 15, 2018
1
2
3
4
5

Кассационная жалоба

                                                                  В Московский  окружной  военный  суд

 

                                                             от  адвоката МКА «Межрегион»  Трепашкина   

                                                                   Михаила Ивановича,  рег.№  77/5012 в        

                                                                   реестре  адвокатов гор.Москвы, адрес:                 

                                                                   (данные изъяты)

                                                                    

                                                                   в защиту  интересов Раевского 

                                                                   Станислава  Игоревича

 

 

 

 

Кассационная  жалоба

на  приговор  судьи Никулинского  районного  суда  гор.Москвы

от  25  ноября 2009  года

(в соответствии со  ст.375  УПК  РФ)

 

 

Город Москва                                                                               4  декабря  2009 года

 

          12  апреля 2010  года приговором  Реутовского  гарнизонного  военного  суда в  составе  судьи  Коротунова  А.В.  (единолично)  Раевский  Станислав  Игоревич  признан  виновным  в совершении  преступлений,  предусмотренных   п.«а», ч.3  ст.286, п.«а», ч.3  ст.286, п.«а», ч.3  ст.286 УК  РФ   и ему назначено  наказание  с  применением  ст.64  УК  РФ   в  виде лишения  свободы:

         -  по  эпизоду  от  21  ноября  2009  года  сроком  на  8  месяцев,  с  лишением  права  занимать  административно-распорядительные  должности  сроком  на  1  год;

         -  по  эпизоду  от  22  ноября  2009  года,  в  9-ом  часу,   сроком  на  8  месяцев,  с  лишением  права  занимать  административно-распорядительные  должности  сроком  на  1  год;

         -  по  эпизоду  от  22  ноября  2009  года,  в  17-ом  часу,    сроком  на  8  месяцев,  с  лишением  права  занимать  административно-распорядительные  должности  сроком  на  1  год,

       а в соответствии  с  ч.3  ст.69  УК  РФ,  по  совокупности  преступлений,  путем  частичного  сложения  наказаний,  окончательно  назначено  наказание  в  виде  лишения  свободы  сроком  на  1  год  в  исправительной  колонии  общего  режима,  с  лишением  права  занимать  административно-распорядительные  должности  сроком  2  года.

        Кроме  того,  был  частично удовлетворен  гражданский  иск  Щербаковой  Л.И.  о  возмещении  ей  морального  вреда  в  размере  8.000  рублей.

     

      Считаю  указанный  приговор  незаконным  и   необоснованным,   подлежащим  отмене  по  следующим  основаниям:

 

I.               Неправильно применен  уголовный  закон.

 

1.            Действия  Раевского  С.И.,  которые  рассматриваются  обвинением  как  длящиеся  деяния,  несмотря  на  то,  что  они подпадают  (если  исходить  из  их  реальности)   под  квалификацию     

         одного  и  того  же  пункта,

         одной  и  той  же  части

         одной  и  той  же  статьи,

         одинаковые  по  характеру  их  совершения,

          совершенные  в  одном  и  том  же  месте  -  в  казарме  в/ч 3179  (гор.Балашиха-15   Московской  области),

     совершенные  в  короткий  промежуток  времени  -  с  22  часов  30  минут  21  ноября  2009  года  по  17  часов  22  ноября  2009  года  (менее  суток),

     совершенные  (как  следует  из  обвинения)  одним  и  тем  же  лицом  -  Раевским  С.И.,

     последние  два эпизода  от  22  ноября  2009 года -  в  отношении  одного  лица,    

  необоснованно  разделены  на 3 (три)  самостоятельных  преступления,  предусмотренные  п.  «а»  части  3  статьи  286  УК  РФ.

 

Защита  считает,  что  такая  квалификация  неправильная  и  противоречит  положениям  п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года  № 1 "О судебном приговоре"  (с последующими изменениями). 

 

С  учетом  перечисленных  выше  аргументов,  даже  если  говорить  о  доказанности  совершения  Раевским  С.И.   вменяемых  ему деяний, то  эти  действия следует  квалифицировать  лишь  как  одно    преступление, связанно  с  превышением  должностных  полномочий,  а  не  три  самостоятельных  состава  преступления.

По  каким  критериям  они  разделены  на  три  самостоятельных  преступления,  не  указано  ни  в  обвинении  предварительного  следствия,  ни  в  приговоре.

Следователь    военно-следственного  управления    по  гор.Москве  старший  лейтенант  юстиции  Ставцев  Д.И.  сам  себе  противоречит  в  формуле  обвинения,  ибо  пишет:  «Продолжая  свою  преступную  деятельность,  направленную  на  превышение  должностных  полномочий,  22 ноября  2009  года,  около  9  часов  00  минут,  в  расположении  в/ч  3179…»,  то  есть  описывает  длящееся  деяние,  а  квалифицирует  по  3-м  составам  преступлений.

 

2.            Не  отражено  ни  в  обвинении,  ни  в  приговоре,   какие  именно  свои  должностные  полномочия   якобы превысил  младший  сержант  Раевский  С.И.  

       Защита  считает,  что    в  нарушение   п.22  Постановления  Пленума  Верховного  Суда  РФ  №  19  от  16  октября  2009  года  «О  судебной  практике  по  делам  о  злоупотреблении  должностными  полномочиями  и  о  превышении  должностных полномочий»,  гласящего:

         «22.   При  рассмотрении  уголовных  дел  о  преступлениях,  предусмотренных … статьей  286  УК  РФ  судам  надлежит  выяснять,  какими  нормативными  правовыми  актами,  а  также  иными  документами  установлены права  и  обязанности  обвиняемого  должностного  лица,  с  приведением их  в  приговоре и  указывать,  злоупотребление  какими  из  этих  прав  и  обязанностей  или  превышение  каких  из  них  вменяется  ему  в  вину,  со  ссылкой  на  конкретные  нормы  (статью,  часть,  пункт)».

Конкретные  должностные  полномочия  и  какие  из  них  конкретно  были  превышены  -  это  обязательный  признак  такого  состава  преступления,  как  «превышение  должностных  полномочий».  Он  отсутствует  в  обвинении  Раевского  С.И.

Из  обвинения  Раевскому  С.И.  не  усматривается,  какие  именно  свои  должностные  полномочия  он  якобы  превысил.  Просто  перечисляются  статьи  с  обязанностями  военнослужащих  и  все.  Но  там  нет  ничего  о  должностных  полномочиях  конкретно начальника  отделения.

 

II.            Не  учтены  обстоятельства,  имеющие  существенное  значение  для  правильного  разрешения  дела.

 

1.            Все  описываемые  в  обвинении  деяния  происходили  в  присутствии  целого  взвода  военнослужащих. Это  ни  кем  не  оспаривается.  Почти  всех  их  допрашивали  в  ходе  предварительного  следствия  (не  менее  15  человек).  Но,  в  нарушение  ст.73 и  220 УПК  РФ  их  показания  при  составлении  обвинительного  заключения не  были  отражены,  ибо они  доказывали  невиновность  Раевского  С.И.    Никто  из  этих  свидетелей  не  подтвердил  изложенные  в  обвинении  факты  нанесения  побоев  Раевским  С.И.  кому-либо  из  военнослужащих  В  ходе  судебного  заседания  защитой   заявлялись  ходатайства  о  вызове  дополнительно  военнослужащих  взвода,  находившихся  21-22  ноября  2009  года  в  казарме  и  комнате  досуга,  где  якобы  наносились  побои  Раевским  С.И.  потерпевшему   Каховкину   С.С.,  а  также  Щербакову  С.Н.,  однако  нам  в  этом  было  отказано.

 Из  огромнейшего  числа  прямых свидетелей  было выбрано  несколько  человек (Каховкин,  Пронин,  Мамонов,  Нистратов,  Агапкин),  которые  желали  уйти из  спецназа  в  другое  подразделение  и  искали  повод,  чтобы  использовать  его  для  достижения  своей цели.   Прекрасный  повод  им  представился,  когда  дознаватель  и  следователи ВСУ стали  искать,  откуда  у  Щербакова  С.Н.  появились   повреждения  на  теле.  Вначале эти  свидетели  описывали  гораздо  большее  количество  ударов,  якобы  причиненных  Раевским  С.И.  умершему  Щербакову  С.Н.  (том  1  л.д.5).  Потом,  когда  оказалось,  что  они  нанесены  Щербакову  С.Н.  в  то  время,  когда  Раевский  С.И.  не  мог  его  видеть,  обвинение  безмотивно  подкорректировали.  Оценка  этим  «корректировкам»  не была  дана.

 

Ярким  доказательством  тому,  как  шла  именно подгонка  доказательств  вины  Раевского  С.И.  может  служить  эпизод  по  якобы  нанесению  ударов  Щербакову  С.Н.  утром  22  ноября  2009  года  в  комнате  досуга.  Изложу  тезисно:

а)   в  обвинении  указано,  что  Щербаков  С.Н.,  после  удара его  Раевским  С.И.  в  грудь, падая,   ударился  левой  рукой  о  парту,  а  потом  правым  плечом  о  пол.    Эксперт  находит   подобные  повреждения,  которые  могли  образоваться  за  7-10  дней  до  наступления  смерти  Щербакова  С.Н.  и  его  вскрытия.    Эксперт  указывает  (защита  считает,  что  по  просьбе  следователя),  что  повреждения  якобы  могли  образоваться  при  описанных  в  обвинении  обстоятельствах.  Но

в проведенных  в  ходе  предварительно  расследования  т.н.  «следственных  экспериментах»    четко  отражено,   что  Щербаков  С.Н. якобы  упал  на  левое  плечо.   Я  на  это  обращал  внимание  при  исследовании  указанных  доказательств обвинения  и  хочу  обратить  внимание  на  конкретные  показания  (последовательно  по  материалам  дела):      

-  свидетеля  Пронина Е.В. (том  1  л.д.119).   Щербаков  С.Н.  лежит  на  левом  боку;

-   свидетеля  Агапкина А.А.  (том  1  л.д.135).   Щербаков  С.Н.  лежит  на  левом  боку;

-   свидетеля  Нистратова  М.Н.  (том  1  л.д.146).  Щербаков  С.Н.  лежит  на  левом  боку;

-  свидетеля  Мамонова  А.Ю.  (том  1  л.д.157).  Щербаков  С.Н.  лежит  на  левом  боку;

-  потерпевшего  Каховкина С.С.  (том  1  л.д.303). Щербаков  С.Н.  лежит  на  левом  боку.

Таким  образом,  в  ходе  следственных экспериментов

свидетель  Пронин  Е.В.,

свидетель  Агапкин  А.А.,

свидетель  Нистратов М.Н.,

свидетель  Мамонов   А.Ю.,

потерпевший  Каховкин  С.С.

опровергают  обстоятельства,  при  которых  якобы  Раевский  С.И.  нанес  удары  удар  ногой  Щербакову  С.Н.  в  комнате  досуга  22  ноября  2009  года,  то  есть  опровергают  обвинение.  Это  можно  легко  проверить  по  материалам  уголовного  дела.

В  таком  случае  надо  определяться,  кому  верить:

тому,  что  написано  в  обвинительном  заключении

или  перечисленным  выше  5  лицам  одной  компании,  которые  весь  период  предварительного  следствия  и суда  постоянно находились  вместе  и  вполне  могли  сговориться  между  собой,  как  давать  показания?

Обвинение  заявляло,  что  показания  этих  свидетелей  и  потерпевшего  «согласуются  между  собой».  Вот  они  согласовано  и  опровергают  суть  обвинения  в  части  падения  Щербакова  С.Н.  на  правый  бок.

 

Можно  проследить,  как  менялись  показания  свидетелей  обвинения,  в  зависимости  от  того,  что  им  следовало  говорить.

 

Свидетель  Пронин   2  декабря  2009  года  (том  1  л.д.22)  показывал,  что  Щербаков  С.Н.  упал  от  того,  что  зацепился на  ножку  стула,  а  Раевский  его  «пнул».  Весь  взвод  приседал  за  Щербакова.    Не  видел  ударов  Щербакова  за  строем.

 

Потерпевший  Каховкин  С.Н.  2  декабря  2009  года  (том  1  л.д.25)  показывал,  что  Щербаков  упал  на  спину,  потеряв  равновесие.  А  Раевский его  посадил  на  стул.    Упражнение  «попугайчик»  ему  пришлось  делать  за  то,  что  не  соблюдал  распорядок  дня.  А  Раевский   ударял  его  ладонью  правой  руки.  Не  видел,  но  слышал  2 удара  Щербакову  за  строем.

Эти  показания  были  зафиксированы, но  потом,   без  объяснений,  изменены  на  другие. 

 

Следует  учесть,  что   20  ноября  2009  года,  при  поступлении  в  войсковую часть,   у  Щербакова  С.Н.  были  обнаружены  следы  побоев, что  подтверждается:

1)     Актом  телесного  осмотра  военнослужащего  рядового  Щербакова  Сергея  Николаевича  от  20  ноября  2009  года  (том  1  л.д.195),  подписанным  офицерами, явно  не  зависимыми  каким-либо  образом  от  Раевского  С.И.:  майором  м/с Присакарь  В.В.,  лейтенантом  м/с  Федоровским  Д.С.  и  лейтенантом  м/с  Батыгиным   Е.И.;

2)    показаниями  допрошенного как  в  ходе  предварительного  расследования,  так  и  в  судебном  заседании  свидетеля  -  майора Присакарь  В.В.  о  том,  что  при  поступлении  в  войсковую  часть  со  сборного  пункта (где  он  не  был) вновь  прибывшего  Щербакова  С.Н.  у  него  были  обнаружены   множественные  телесные  повреждения,  в  частности: множественные  кровоподтеки  на  обоих  ногах  в  области  колен,    кровоподтек  задней  поверхности  правого  плеча  в нижней трети,  такой же  кровоподтек  на  левом плече,  а  также  в  районе  печени.  Осмотр  производился  им  лично как  врачом-хирургом   в  присутствии  других  офицеров-медиков,  вместе  с  которыми  и  составлялся  акт;

3)    аналогичными  показаниями  свидетелей  Федоровского  Д.С. и  Батыгина   Е.И. 

Все  три  офицера  в  судебном  заседании,  ознакомившись  с  актом,  показали,  что  именно  их  подписи  стоят  в  акте  от  20  ноября  2009  года.

То  есть  офицеры,  оснований  не доверять  которым  не  имеется,  ибо  их  показания  ничем  не  опорочены,  а  Присакарь  В.В.  бывавший  в  боевых  точках,   однозначно  указывают  на  то,  что  телесное  повреждение,  причинение  которого  обвинение  вменило  моему  подзащитному  Раевскому  С.И.  как  нанесенное  Щербакову  С.Н.  22  ноября  2009  года,   имелось  у  Щербакова  еще  20  ноября  2009  года  и  причинено ему  еще  до  знакомства  с  Раевским  С.И.

Он  же  в  судебном  заседании  показал,  что  23  ноября  2009  года,  при  личном осмотре  с  пальпированием  Щербакова  С.Н.,  каких-либо  новых  телесных  повреждений,  помимо  описанных  в  акте  от  20  ноября  2009 года,  не  обнаружил.

23  ноября  2009  года  Щербакова  С.Н.  осматривали  также  и другие  врачи,  в  том  числе  лейтенант  медицинской  службы  Батыгин   Е.И.,  которые  также  не  обнаружили  новых  телесных  повреждений,  кроме  зафиксированных  20  ноября  2009 года.  Об  этом  конкретно  показал  в  судебном  заседании  свидетель  Батыгин   Е.И.  Не  доверять  и  этим  показаниям  свидетелей  оснований  не имеется.

 

Свидетель  -  санинструктор  Мухаметченко,  являясь  независимым от Раевского  С.И.,  будучи  допрошенным  в  судебном  заседании  показал,  что  в  ходе  телесных  осмотров  21-22  ноября  2009  года повреждений  на  теле  Щербакова  С.Н.  и  Каховкина  С.С.  не  обнаруживалось.

 

Свидетель  -  подполковник  Стольников  показал  в  судебном  заседании,  что  вновь  прибывших  в  обязательном  порядке  досматривают  с  раздеванием,  смотрит  комиссия  врачей.  У  Щербакова  С.Н.  при  поступлении  были  обнаружены телесные  повреждения. 23  ноября  2009  года  при  осмотре  Щербакова  С.Н.  каких-либо новых  повреждений  обнаружено  не  было.  

 

Изложенные  обстоятельства  опровергают  показания  Каховкина  С.С.  и  других  свидетелей  обвинения,  что  Раевский  С.И.  избивал  Каховкина  С.С.  и  Щербакова  С.Н.,  так  как  в  противном  случае  в  обязательном  порядке  должны  были  бы  быть следы  побоев.  Тем  более,  когда  речь  идет  об  ударах  кулаком  и  ногой.

 

Защита  считает,  что  необоснованно  было  отказано  в  вызове  в  суд  и  допросе  свидетелей  -  военнослужащих  взвода,  которые  могли  бы  изобличить  оговор  Раевского  С.И.  со  стороны  потерпевшего  Каховкина  С.С.,  а  также  свидетелей  обвинения  -  Пронина,  Нистратова,  Агапкина,  Мамонова.   Отказ  в  вызове  свидетелей  является  нарушением  УПК  РФ,  а  также  ст.6  Европейской  Конвенции  о  защите  прав  человека  и  основных  свобод.

 

2.               Хотел  бы  обратить  внимание  суда  еще  на  одно  обстоятельство,  подтверждающее  доводы  моего  подзащитного,  показания  свидетеля  Черепанова  Д.В.,  доводы  защиты и  еще  ряда  свидетелей,  в  допросе  которых  нам  было  отказано,  о  том,  что  следователи  буквально  «лепили»  показания  свидетелей против  Раевского  С.И.,   в  зависимости  от  обнаруженных  на  теле  Щербакова  С.Н.  повреждений.

  Во-первых,  после  того,  как  выяснилось,  что  у  Щербакова  С.Н.  накануне  смерти  были  жалобы  на боли  в  груди,  все  показания  свидетелей  Каховкина  С.С.,  Пронина  Е.В.,  Агапкина  А.А.,  Нистратова  М.Н. начали  концентрировать  на  то,  что  эти  боли  могли  возникнуть  от  ударов,  нанесенных  якобы  Раевским  С.И.  в  область  груди.

И  началось:

2  декабря  2009  года  записываются  показания  Пронина  о  том,  что  Щербаков  С.Н.  упал   после  толчка  Раевского  С.И.,  «зацепившись  за  ножку  стула»,   после  чего Раевский С.И.  «пнул»  его  ногой (заметьте,  не  ударил). После  этого  весь  взвод  приседал  за Щербакова  С.Н.,  что  тот  не  смог  приседать  (том  1  л.д.22).    Правда,  после  того,  как  почти  весь  взвод  заявил,  что  такого  не  было,  оставили  только  то,  что  Раевский  С.И.  ударил  Щербакова  С.Н.  в  грудь  кулаком.  Кроме  того,  свидетель  показал,  что  не  видел,  чтобы  Раевский  бил  Щербакова  за  строем.  Потом  появилось,  что  якобы  слышал  звуки  ударов.

Тогда  же  Каховкин  С.С.  показывает,  что  Щербаков  С.Н.  упал  на  спину,  «потеряв  равновесие»  (не  от  удара).  Раевский  посадил  Щербакова    на  стул,  заставив  приседать  весь  взвод.  Упражнение  «попугайчик»  его  заставил  Раевский  делать  за  то,  что  он  якобы  нарушил  распорядок  дня.  Кулаком  его  не  били,  а  раз  5  Раевский  С.И.   ударил  его  ладонью  правой  руки  (том  1  л.д.25). 

Агапкин  3  декабря  показывает,  что  не  видел,  ни  удара  Щербакову  в  комнате  досуга,  ни  факт,  что  Раевский  С.И.  заводил  Щербакова  С.Н  за  строй  и бил  его  там (том  1  л.д.28).

Нистратов   и  Мамонов 3  декабря  2009  года  тоже  показывали,  что  не  видели  момент  нанесения удара  Раевским  Щербакову и  не  видел,  что  Раевский  наносил  удары  Каховкину   (том  1  л.д.31,  34).  

Чуть  позже,  уже  после  обработки  следователями  военно-следственного  управления,  они  начали  давать  другие  показания,  что  якобы видели  моменты  нанесения  ударов,  показывать,  как  это  якобы  происходило  путем  следственных  экспериментов.  При  этом  они  путались  во  времени  и  обстоятельствах.

  Безусловно,  показания  этих  свидетелей    вызывают  большие  сомнения

 

  О  том,  как  на  свидетелей в  ходе  расследования  уголовного  дела  по  факту  обнаружения  на  теле Щербакова  С.Н.  множественных  телесных  повреждений  оказывалось  морально-психологическое  воздействие со  стороны  следователей  военно-следственного  управления  в  целях  получения  нужных  показаний,  не  соответствующих  действительности,    изложено  в  публикации  в  Московском  комсомольце  «Следствие  ведут  голубки»   (представлялась  в  ходе  судебного  заседания).  Кроме  того,    командир  «Витязя»  Черепанов  Д.А.  показал,  что  ему  докладывалось  о  таком  воздействии  на  свидетелей,  и  что  они  могли  оговорить  Раевского  С.И.  для  того,  чтобы  их  перевели  в  другую  часть.

 

3.               Необоснованно  указано,  что  якобы  Раевский  С.И.  злоупотреблял  должностными  полномочиями  в  целях  унижения  и  оскорбления  военнослужащих  каховкина  И Щербакова.

Даже если  исходить  из  того,  что  описано  в  обвинении  Раевского  С.И.,  следует  обратить  внимание,  что  не  описано  ничего  явно  унизительного  и  оскорбительного. 

 Раевский С.И.,  если  следовать  обвинению,  заставлял  военнослужащих,  прибывших  служить  в  спецназ,  совершать  физические  упражнения  (отжимание,  приседание  с  грузом).    Обвинители  утверждают,  что  это  нужно  было делать   только  в  специально  отведенное  время  и  строго  по  плану.  Однако,  такое  их  утверждение  опровергается  нормативным  актом  -  Наставлением  по  физической  подготовке  во  внутренних  войсках  МВД  России  (НФП-2005),  утвержденным  приказом  МВД  РФ  от  19  мая  2005  года  №  395.  Где  говорится,  что  данное  Наставление  утверждается  в  целях  обеспечения  постоянной  физической  готовности  военнослужащих.     В  пункте  9  указанного Наставления  четко  обозначено,  что  физические  упражнения  могут  выполнятся  и в  процессе  учебно-боевой  деятельности.   Пункт  10.4  названного  Наставления  гласит,  что  в  процессе  служебно-боевой  деятельности  используются  физические  упражнения,  наиболее  характерные  для  данной  воинской  специальности.   Командир  спецназа  ВВ  МВД  России  «Витязь»  Черепанов  Д.В.  пояснил,  что  помимо   специальной  спортивной  подготовки  делаются  упражнения  по  подтягиванию,  приседанию  и  отжиманию  в  любое  удобное время,  даже  перед  обедом  проходят  через  перекладину.

Если  Раевский  С.И.  заставлял Каховкина  С.С. либо  кого-либо  другого  приседать  и  отжиматься,  то  это  не  ради  издевательства,  а  ради  улучшения  их физической  подготовки.

  Причинение  какого-либо вреда  здоровью  Каховкину  С.С.  либо  Щербакову  С.Н.    со  стороны  Раевского  С.И.  не  установлено.

 

Следует  учесть  все  положительные  характеристики  Раевского  С.И.  Он  никогда  не  совершал  даже  какого-либо  административного  правонарушения,  не  говоря  уже  о  привлечении  к  уголовной  ответственности.  Не  один  год  честно  отслужил  Отечеству,  подготовил  немало  боевых  спецназовцев. 

   Даже  если  исходить  из  доказанности  вины  Раевского  С.И.,  то  ему  вполне  хватило  бы  для  исправления  условной  меры  наказания.

 

Другие  доводы  защиты  будут  изложены  непосредственно  в  суде  кассационной  инстанции.

 

На  основании  выше  изложенного,  руководствуясь   ст.46  Конституции  Российской  Федерации,  главой 45  Уголовно-процессуального  кодекса  РФ,  -

 

                                                   П Р О Ш У:

 

   Отменить  приговор   Реутовского  гарнизонного  военного  суда от  12  апреля  2010  года  в  отношении  Раевского  Станислава  Игоревича  по  изложенным  выше   основаниям  и  прекратить  в  отношении  него  уголовное  преследование   по  п.«а», ч.3  ст.286, п.«а», ч.3  ст.286, п.«а», ч.3  ст.286 УК  РФ.

 

Приложение:  ордер  №  1250  от  19  апреля  2010  года,  на  1  листе.

 

 

                  Адвокат                                                      М.И.Трепашкин